Анна Сагармат: Каждый творческий человек нуждается в общении с себе подобными…
2019-10-31

Anna Sagrmat

Анна Сагармат, писатель, член Международной гильдии писателей. Живет в Украине.

Лада Баумгартен: Анна, вы родом из Донецка, как-то видела в фейсбуке фотографии вашего дома – удручающее зрелище, горькое. Я так понимаю, что ваша жизнь разделилась на до и после. Что было до?.. Ваши воспоминания, чувства, ощущения из детства, юношества…

Анна Сагармат: Родилась я в прекрасном степном Приазовье Донецкой области в конце прошлого века. Мои замечательные родители, которых я очень люблю, живут там и ныне. Папа работал в сфере дорожного строительства, мама – бухгалтером. Соответственно, всё окружение в детстве – люди, не имеющие прямого отношения ни к искусству, ни конкретно к литературе. Тем ни менее, с детских лет я знала, что буду писать. Любовь к книгам и чтению повлияла, или что-то ещё, мне сложно ответить даже самой себе.

Были стихи в студенческие годы, некоторые в памяти и сейчас; были стихи (дружеские шаржи) для коллег по работе, многие до сих пор их вспоминают. Однако по серьезному начала писать уже ближе к тридцати годам. Довольно долго жила с убеждением, что для начала нужно пожить, набраться жизненного опыта, полюбить, пострадать, как можно больше почитать «чужого», чтобы сформировался свой собственный мир взглядов и убеждений. Мне казалось, не имея внутреннего содержания, ничего серьёзного написать нельзя (сейчас так категорично не уверена в этом). И я жила…

Окончила исторический факультет Донецкого национального университета. Вышла замуж за хорошего молодого человека (тоже студента этого же вуза), у нас родился замечательный сын. В то время мы с мужем очень много работали, чтобы обеспечить семью. Наверное, именно эта вечная занятость и отразилась не лучшим образом на наших отношениях, к сожалению, мы расстались. Могу честно признаться, то был довольно трудный период в моей жизни… Но именно тогда я и начала писать. Аристотель сказал «Natura ablwrret vacuum» – природа не терпит пустоты, вот пустота и начала заполняться творчеством.

И когда, казалось бы, занималась любимым делом, ощутила полноценность жизни, обрела внутреннюю гармонию, покой и уверенность – обрушилась война… Страшная трагедия, самое тяжёлое моральное и физическое потрясение, которое довелось испытать. В сентябре 2014 г. мы с сыном, уже в полный разгар боевых действий, вынуждены были уехать на мирную территорию Украины. Выбор Киева – полная случайность, нас никто нигде не ждал. Так бежали от войны миллионы наших сограждан, в том числе друзей и знакомых.

Лада Баумгартен: Если вспомнить события Евромайдана, когда обострились противоречия между Киевом, поддержавшим пришедшую к власти оппозицию, с одной стороны, и Юго-Востоком Украины, где были сильны позиции президента Януковича, с другой стороны, то пик в противостоянии пал, наверное, на период с 22 января 2014 года. Время начавшихся массовых протестов и захвата административных зданий с насильственными отстранениями от должностей местных руководителей, назначенных администрацией Януковича. Вы ведь были в гуще событий, прошло несколько лет, как вы припоминаете те дни? 

Анна Сагармат: Как есть судьба у человека, так же есть судьба и у государства. Она может нравиться, может не нравиться, но если ты здравомыслящий человек, должен понимать: то, что не в силах изменить – лучше принять таким, как есть. Да, есть такие фатальные события, которые внутренним чутьем понимаешь – они неизбежны. Пусть даже и выглядят катастрофично, но для дальнейшего развития необходимы.

Так было с нашей страной. Я не сужаю проблему до одного лишь обострения противоречий между властными верхушками регионов, уточняя ваш вопрос. Потому что противоречий между людьми разных регионов Украины, как таковых, ни тогда, ни теперь не существует. Всё гораздо глубже и сложнее. В стране накопился огромный груз проблем (старого, отжившего, тормозящего её дальнейшее развитие) и он достиг такого критического состояния, что взрыв общества оказался неизбежным. Он мог произойти чуть позже, чуть раньше, но, думаю, всё равно бы случился. Общество в большинстве своём осознало – пришло время менять устоявшийся порядок, точнее беспорядок, а ещё точнее беспредел.

И даже не Янукович стал последней каплей. Думаю, общество взорвало избиение студентов (по сути детей) на майдане Независимости 30 ноября 2013 г. Именно это трагическое событие, по моему мнению, сыграло решающую роль в цепочке дальнейших, уже фатальных, неизбежных событий. У людей было задето чувство человеческого достоинства, как больной нерв это ощутил на себе каждый сознательный гражданин общества. Диким, варварским унижением студентов власть бездумно, нагло и цинично показала каждому из нас: ты не имеешь права высказать своё мнение, выразить несогласие с её решением (в данном случае это было решение Януковича, отказавшегося от Евроинтеграционного курса страны), за неподчинение – получишь дубинкой по голове.

Окровавленные дети, бегущие по площади, спасающиеся от «Беркута» в Михайловском монастыре под звоны колоколов (которые последний раз били набат при нашествии монголо-татарского ига)… – можно было к этому остаться равнодушным? Промолчать, пропустить, а завтра изобьют тебя до смерти за инакомыслие. Осознание гражданами, что в государстве отсутствует внутренняя и внешняя свобода – и стало решающим фактором, по моему мнению, который определил все последующие события в регионах нашей страны, не только Киеве.

Волна народного гнева (как на действия центральной власти, так и региональной) прокатилась по большей части Украины. В большинстве регионов даже не силами властей, сколько здравомыслием самих граждан, её удалось удержать. А где-то (Крым, Донбасс) случилось то, что случилось.

Когда в государстве вырываются наружу внутренние проблемы, оно становится уязвимым для внешних факторов. Этим всегда спешат воспользоваться не очень честные соседи (если сказать мягко). В этом мы не уникальны, примеров в истории множество.

Протесты, захваты административных зданий, насильственные отстранения от должностей местных руководителей, – эти постановочные спектакли в Донбассе не хочу даже вспоминать и комментировать. В большинстве своём их организовывали при полном бездействии местных правоохранительных органов, часто совершенно неизвестные люди (Гиркин-Стрелков, Абвер и т. д.), местные уже только присоединялись. Могу с полным убеждением это сказать о районе, в котором работала (на тот момент в органе местного самоуправления), и была живым свидетелем событий. Такие группы гастролеров тогда колесили, срывали украинские флаги и бесчинствовали по всему Донбассу. В других регионах им просто не позволили. Хотя были попытки и в Одессе, и в Харькове, и во многих других городах.

Лада Баумгартен: В феврале 2014 года противостояние в Киеве привело к смене власти на Украине. Вы тогда уехали в Киев? 

Анна Сагармат: Наш переезд в Киев был связан не со сменою власти, а с физической невозможностью находиться в зоне боевых действий (сентябрь 2014). Нам с сыном было всё равно куда ехать. Я покидала родной Донбасс (будучи уверенной, что на короткое время) с намерением устроить сына для продолжения учёбы, а самой вернуться. Но ситуация в считанные дни обострилась настолько, что возвращение домой стало невозможным. С нами был мой брат с семьей. Но все равно, глубина отчаяния тогда, как нам всем казалось, граничила с пределами возможностей. Чужой город, ни знакомых, ни друзей, ни постоянного жилья, сын, которому еще пять лет учиться, и за спиною война…

Правду говорят, Бог даёт испытания, но даёт и помощь. Начала в Киеве искать работу… До сих пор никто не верит, что руку помощи мне протянул совершенно незнакомый человек. Случайный звонок, случайная встреча с начальником управления кадрами Аппарата Верховной Рады Украины (работает и ныне там) – и я была трудоустроена. По сегодняшний день благодарю его и небеса за помощь в тяжёлый период жизни. Хотя, говорят, у Бога случайностей не бывает…

Если бы тогда мы не уехали, а остались, нас, наверное, уже не было бы в живых. Через полгода в наш дом попала ракета «град», последствия вы видели.

Лада Баумгартен: Анна, вы по образованию историк, преподаватель истории – довелось ли поработать в этом качестве, или вы сразу попали на управленческие должности? 

Анна Сагармат: Готовила ли я себя к работе в школе преподавателем? После окончания университета мне было всё равно, куда идти. Молодость, вся жизнь – чистый лист бумаги. Первая попавшаяся свободная вакансия – как сейчас помню название: специалист первой категории по вопросам взаимодействия с территориальными громадами и органами местного самоуправления (самая низшая в штатном расписании) – и я пошла работать. Нашла бы в школе свободное место, наверное, мой трудовой путь начался бы там. В жизни часто всё решает именно «его величество случай». Впоследствии, никогда не сожалела, хотя и было очень нелегко. Часто слышала от мамы: молодость должна быть в трудностях, чтобы стать человеком. Вот и становилась, постепенно поднимаясь по ступеням исполнительного аппарата, ничего не перепрыгивая. Самый лучший опыт, не только жизненный, но и должностной, – это приобретенный собственными усилиями. Тогда и падений сильных нет, а если и случаются, не так тяжело переносятся. Ведь ты знаешь свои силы, а значит, снова поднимешься.

Лада Баумгартен: Где вы сегодня работаете, если не секрет? Чем занимаетесь?

Анна Сагармат: Уже около пяти лет я работаю в Институте законодательства Верховной Рады Украины, где защитила кандидатскую диссертацию по государственному управлению. Сфера научных интересов: местное самоуправление, государственное управление, механизмы взаимодействия власти и общества, модели развития гражданского общества и т.д. Написала две монографии «Механізми взаємодії громадськості з органами публічної влади» и «Громадянське суспільство і публічне управління України крізь призму людиноцентричної парадигми: теорія і практика». Думаю, из названий этих работ понятна направленность моих интересов.

Наш институт достаточно известен в Украине, в некотором роде даже уникален. После многолетней практической работы в местных органах власти (сессии, коллегии, работа с депутатами, постоянными комиссиями, выборы в органы власти и т.д.) мне было интересно заняться научной деятельностью. Комбинация практики и теории – самый лучший вариант для работы в таком учреждении, как наше. Работа творческая, и сейчас действительно, по-настоящему, мне нравится. Хотя вначале было очень сложно, имея за плечами опыт в должности руководителя исполнительного аппарата, пришлось все начинать с нуля.

Лада Баумгартен: В 2013 году вы дебютировали с первой книгой – сборником поэтических произведений «Вершина у каждого своя…». В анонсе к этой книге говорится, что в ней собраны произведения, на первый взгляд — различные по сюжету, но объединенные общей темой — поиском смысла бытия, своего предназначения, своей вершины… Скажите, сегодня вы уже нащупали свое предназначение в жизни или пока в поисках? 

Анна Сагармат: Предназначение – пожалуй, один из самых непростых философских вопросов, которые существуют. Великое множество книг и публикаций как мыслителей прошлого, так и настоящего можно найти на эту тему. Естественно, тоже задумывалась над этим вопросом. И для себя рассматриваю его с двух разных точек обзора: малого (не означает второстепенного) и большого. В одном – наши первичные ценности: семья, дети и т.д. В другом – какая-то глобальная цель: у кого-то наука, у кого-то искусство, занятие музыкой, литературой, живописью, да чем угодно, лишь бы это давало внутреннее развитие, духовный рост и совершенствование на протяжении всей жизни.  

В идеале, когда в жизни человека не просто есть понимание своего большого и маленького предназначения, а ещё и в гармоничном их сочетании. Предназначение быть хорошей матерью и прекрасным талантливым художником, например. Предназначение воспитывать детей из детдома и петь в церковном хоре. Предназначение ухаживать за больным членом семьи и работать фрилансером в IT компании. Предназначение обеспечивать семью и своим бизнесом создавать рабочие места для других людей. Вот примерные модели правильных, гармоничных сочетаний в себе большого и малого предназначения одновременно. И не вопрос, что главнее и важнее (для кого-то на первом месте может быть семья, а потом его дело, работа), главное, чтобы в жизни человека обязательно была и самореализация, выполнение какой-то своей личной программы, происходил внутренний духовный рост.

Вопрос понимания своего предназначения как-то особенно сложно для меня никогда не стоял. Это литература, и главное произведение всей моей жизни – сын, семья. Ни первое, ни второе никогда не вызывало сомнений относительно важности. Эти два ориентира для меня никогда не были сбиты, какие бы испытания не посылала судьба.  

Многие не понимают, как найти своё большое предназначение (с малым проще и понятнее), очень просто. Бог всегда даёт подсказку, то, что лучше всего у тебя получается делать и самое главное – доставляет наибольшее моральное удовлетворение – это и есть твоё. Каждый из нас от рождения получает какой-то талант. Не все его замечают, развивают и совершенствуют. Годами сидят на нелюбимой работе, живут с нелюбимыми людьми, а вытекающие последствия: потеря жизненных ориентиров, болезни, преждевременная старость и смерть. Если жизнь пошла по такому сценарию, сколько бы тебе ни было лет, нужно остановиться, внутренне вернуться к точке, где ты точно знал о чем мечтал, чего хотел, и начать всё сначала. Это только кажется, что страшно или невозможно. Когда занимаешься своим делом, живёшь своей жизнью – помогают сами небеса. Тогда всё преодолеешь: потерю любимого человека, проблемы с детьми и даже войну.

Лада Баумгартен: Анна, вы автор – разноплановый. Пишите на серьезную, философическую тему и вместе с тем детские стихотворения, а плюс к тому еще и сказки – причем на абсолютно разный возраст. И все-таки, какая аудитория вам ближе и почему?

Анна Сагармат: Пробовать себя в разных жанрах (а я пишу стихи, поэмы, басни, сказки, есть одна пьеса), да ещё и на совершенно разные темы, как вы заметили (от высоких материй мироздания до детских стишков о насекомых и животных) – не есть желание просто отличиться, мне самой интересно меняться и развиваться. Это как драгоценный камень бриллиант, чем больше граней на него наносится, тем ярче он сверкает и радует глаз. Так и здесь. Если Господь дал талант, то почему себя не пробовать? Писать только на глубокие, серьёзные темы, с пониманием: ты вряд ли явишь миру что-то уникальное, до тебя неизвестное, – это вычерпывает и утомляет. И тогда берёшься писать детские стихи или сказки. Дети – самые искренние и самые благодарные читатели, их невозможно ни подкупить, ни обмануть. Если ребенок читает твой стишок, украшенный чудесным рисунком талантливого художника, и на его личике играет искренняя улыбка – разве может быть для автора большее счастье? С уверенностью могу сказать, детскую литературу пишу просто ради собственного удовольствия, мне самой это приятно и интересно. И точно знаю, мои детские книги часто читают и взрослые.

Нравится писать и на исторические темы. Особенно приятно, когда такими произведениями интересуются подростки. Будить патриотизм у взрослых, сформировавшихся личностей – занятие сложное и неблагодарное, вряд ли этот труд мне по силам, а вот для молодых людей, которые только формируют свой внутренний мир ценностей, такие книги в самый раз.

Но подытожить – какой возраст читателей мне ближе, все равно не смогу. Все.

Лада Баумгартен: Мне кажется или нет, но история и любовь к корням превалируют в вашем творчестве. Это можно проследить по тем книгам, которые были выпущены в последнее время в Германии в издательстве stella. Это и «Гетман», «Голос трембиты», где описываются исторические события в Украине XVII — первой половины XVIII века. И «Адельгейда–Евпраксия» о событиях и трагической судьбе дочери великого князя киевского Всеволода Ярославича, императрице Священной Римской империи (в 1089-1095 гг.). При этом почти в каждом произведении сюжет завязывается таким образом, где значимую роль играет женщина и прослеживается ее отношение к миру, людям, и, конечно, где она любит и/или любима. Как вы выбираете истории для обработки и воплощения их в своих книгах? Это происходит на основе ваших симпатий к героям/персонажам, или же голос свыше дает подсказку, а может быть, желание рассказать людям о каком-то историческом факте, просто потому что многие не в курсе?

Анна Сагармат: Если говорить о книгах на историческую тематику, то тему выбираю спонтанно. Меня должно что-то зацепить в герое, изнутри зажечь. И когда почувствую: вот, да это то, о чём напишу, с этого момента голова начинает работать над будущим произведением. Начинаю читать о герое всё, что только могу найти, иногда кажется, что о нём начинаю видеть и слышать везде: на улице, в метро, по ТВ. Хотя до самого процесса написания произведения может быть ещё и два года, и год, и полгода. Я, как в той поговорке: долго запрягаю, но быстро еду. И когда у меня внутри все пазлы об исторической личности сложатся (состоится, так называемая, писательская эмпатия с героем), тогда начинаю писать, и считаю это уже чисто техническим процессом, как правило, он много времени не занимает.

Иногда бывает так, что героя до конца не чувствую, сколько не читаю о нём. Так было с Адельгейдой. Много раз ездила в Киево-Печерскую Лавру, где она похоронена, наверное, раз десять обошла Успенский собор, даже слетала в Германию (там произошла большая часть событий её жизни), и когда вернулась домой в Киев, поняла – всё, готова писать. И работа пошла. Как у других писателей происходит процесс создания произведения, не знаю. У меня это большой труд, никто свыше не диктует. Часто (да почти всегда) бываю недовольна написанным, тогда переделываю и переписываю (бывало и с нуля). Совершенствовать писательское мастерство, наверное, буду всю жизнь.

Не могу сказать, что отдаю предпочтение женским образам. Но иногда именно они помогают в раскрытии исторических персоналий мужчин. Так было, например, с «Гетманом», «Голосом трембиты». Женщине писать о женщинах проще. Нам писать о героях мужчинах, считаю, намного сложнее.

Лада Баумгартен: Сложно ли разворачивать историю, когда понимаешь, что есть лишь сухие факты, в которых по настоящему-то нет никакой жизни?..  Ведь именно вы формируете ход действия, оживляете людей, вкладываете фразы в их уста – а ведь это совсем не значит, что герои так на самом деле думали или говорили. Кто о том знает – это дела давно минувших эпох. Но благодаря вашему таланту они стали узнаваемы и почти настоящими – одушевленными. Приходится ли, чтобы история сложилась, жертвовать исторической хроникой, такой, как она есть, и добавлять что-то свое, или все-таки нет, и вы идете строго по хронологии?

Анна Сагармат: Замечательный вопрос, писателя профессионала. Исторические произведения имеют свои особенности. Всё, что ты хочешь сказать, написать о герое, происходит на фоне конкретных исторических событий, исказить которые ты не имеешь права и должна с максимальной точностью отразить такими, какими они были. Поэтому всегда, по окончании, даю посмотреть работу коллегам, докторам исторических наук, профессорам (с которыми работаю в институте), хотя и сама историк. Ошибки, неточности, да, случаются, тогда переписываю и переделываю эти моменты. Это, что касается исторического фона в целом.

А вот что говорили, думали герои, если нет документальных записей о том, это уже, конечно, фантазия, которая выстраивается, исходя из событий, которые происходили с героями. В этом случае и помогает писательская эмпатия (сопереживание, возможность увидеть события глазами героя). Чем лучше, глубже почувствуешь историческую личность, тем лучше, достовернее воссоздашь события и раскроешь образ. Это очень большой труд моральный и физический. К слову, не исторические, просто художественные произведения пишутся намного легче.

Жертвую ли исторической хроникой, такой, как она была? Нет, никогда. Добавляю ли что-то своё? Если это не противоречит исторической правде, никак не исказит целостность картины, да, конечно. Могу добавить каких-то выдуманных второстепенных героев (не существовавших в реальности, но вполне возможных), если это необходимо для полноты раскрытия образа главного героя или героини. Например, такой героиней в «Гетмане» является Ольга. Учитывая, каким любвеобильным был Мазепа, таких Ольг по хуторам Украины у него могло быть полсотни. И никто сейчас не сможет ни подтвердить, ни опровергнуть этого, как и того, сколько гетманского семени было посеяно им за долгую жизнь, и сколько его проросло. Но этот литературный приём был использован и для передачи характера героя, и для полноты, завершенности произведения, и для передачи драматизма, которым была пронизана вся та историческая эпоха.

Лада Баумгартен: Скажите, а вы как автор олицетворяете себя с кем-то из ваших персонажей? Как говорил Флобер: «Госпожа Бовари – это я». А вы в каких героях присутствуете?

Анна Сагармат: Эту замечательную фразу Гюстава Флобера советуют понимать условно. У писателя были причины так сказать, учитывая, что против него и издателей было выдвинуто обвинение в «оскорблении общественной морали, религии и добрых нравов», устроен суд над романом и т. д. В каждой эпохе у писателей свои трудности.

Часто повторяю людям, малознакомым, не ищите меня в моих произведениях, я такое стихотворение или поэму, или сказку – ещё не написала. Сомневаюсь, что когда-нибудь захочу написать. Даже короткие стихи почти никогда не бывают полностью биографическими. Часто это даже просто чужая эмоция, которую попутно подхватила, прогуливаясь, дыша осенней прохладой в парке. Кто-то верит, кто-то нет, но себя в произведения не переношу.

Лада Баумгартен: А ведь вы еще и баснописец, верно? Басня, насколько я знаю, особый жанр литературы с прямо сформулированным моральным выводом, придающим повествованию аллегорический смысл. Почему вы обратились именно к этому жанру? Приходится вуалировать некоторые мысли, присутствует невозможность высказаться по той или иной причине прямо – другие мотивы? О чем ваши басни? Кто герои?

Анна Сагармат: Что касается басен. Этот жанр опробовала не так давно, года три-четыре назад. И не так много их написала, что-то около 20. Почти вся их тематика – это политические события, произошедшие в нашей стране в последние годы. Выбор такого жанра был обусловлен желанием раскрыть какую-то острую, волнующую общество, проблему, при этом, не называя конкретных имен и фамилий, а используя образы животных (чтобы никого не обидеть). Какие-то басни получились удачные, какие-то не очень. Но одно могу сказать –  напишу ещё не одну, появится только достойная тема, которая меня в достаточной мере заденет.

Лада Баумгартен: Анна, как вы продвигаете свое творчество, в каких акциях или мероприятиях для этого участвуете? 

Анна Сагармат: Как-то особенно своё творчество пока не продвигаю. Мои книги есть на нескольких сайтах продаж. Многие произведения выставлены для свободного доступа на литературных сайтах. Еще ФБ, конечно. Международная гильдия писателей (спасибо вам) довольно часто представляет мои книги на своих информационных ресурсах. Издательства, с которыми работаю, выставляют на книжных выставках результаты наших совместных трудов. Никакой рекламной коммерческой раскрутки не использую. Во-первых, нет для этого денег, а во-вторых, пока не написала достаточного объёма. Услугами спонсоров тоже не пользуюсь. А дальше время покажет.

Лада Баумгартен: Я знаю, что в 2015 году ваш цикл стихов о войне получил в г. Харькове Первое место в литературном конкурсе «Человек. Судьба. Эпоха» в номинации «Поэзия». Как часто вы участвуете в литературных конкурсах и каких? Или то был единственный раз?

Анна Сагармат: Участвую в конкурсах не ради наград или каких-либо форм поощрения. Воспринимаю их только как одну из возможностей донести своё творчество читателям. Частота зависит лишь от наличия свободного времени, чтобы подготовить и отправить материалы. Равнодушна к призовым местам, титулам и званиям, но, если дают, мне приятно. Пока твои произведения не читают за каждым углом, а ты неузнаваемый в обществе писатель или поэт – все они не имеют никакого значения, и тем более их количество.

Но участвовать в конкурсах все равно нужно, хотя бы для того, чтобы твои работы посмотрели специалисты. Мы, авторы, не можем да и не должны сами оценивать свои произведения.

Лада Баумгартен: Что для вас литература – работа, реализация творческих способностей, возможность через слово донести свои мысли, что-то еще?

Анна Сагармат: Для меня литература – это большая и серьезная часть моей жизни, возможность творческой реализации и духовного совершенствования. В подтверждение этих слов – я не пишу коммерческую литературу, чтобы на этом просто зарабатывать. Хотя, думаю, вполне достойно бы справилась и с детективом, и с любовным романом. Надеюсь, в том, что написала, не всё «мертвечина», выражаясь Гоголем, а есть и вещи, созданные на длительные периоды. Поэтому столько трудов вкладываю и в оформление книг.

Лада Баумгартен: По вашим книгам – оформленным, несомненно, рукой превосходного мастера – можно сделать вывод, что вас окружают действительно талантливые люди. Кто ваш бессменный художник-оформитель?

Анна Сагармат: Мне доводилось работать с разными художниками. Было сотрудничество с Юлией Шалимовой, Маргаритой Карпинской – безусловно, очень талантливыми девушками. Но знакомство с Женей Саухом считаю для себя подарком судьбы. Есть понимание, нет необходимости долго объяснять, что бы хотела видеть в иллюстрациях или обложке. А ведь это очень важно – именно визуальная картинка формирует первое впечатление о книге. Надеюсь, наш творческий тандем с этим молодым, но Богом одаренным художником, со своим неповторимым стилем, продлится ещё долго. Найти хорошего художника, близкого тебе по духу, не так-то просто.

Лада Баумгартен: Сегодня вы член Международной гильдии писателей. Мой традиционный вопрос – почему вы решили к нам присоединиться?

Анна Сагармат: Каждый творческий человек, несмотря на свою занятость, все равно нуждается в общении с себе подобными. Где, как не в писательских союзах это делать? Естественно и комфортно чувствую себя, когда общаюсь в живую или переписываюсь с писателями и поэтами (подобное притягивается к подобному). Если такое общение ограничивается, испытываю эмоциональное и  интеллектуальное голодание. Никакой другой причины, по большому счету, нет. Кстати, ни в каких других писательских сообществах не состою.

Лада Баумгартен: Анна, о чем вы мечтаете?

Анна Сагармат: О мире для своей Родины. И о долгих, счастливых годах жизни для родных и близких.

 

Добавить комментарий