Лада Баумгартен: Юлия, вы уникальный человек: творец широкого диапазона. Мы с вами как-то в последнее время потеряли друг друга из вида, но очень рада, что вы вновь вышли на связь. Итак, с последней нашей с вами виртуальной встречи прошло несколько лет. Что новенького случилось в вашей жизни — какие прорывы и успехи? Чем можете похвалиться?  

Юлия Каштанова: Наверное, премиями и «званиями», которыми горжусь особенно. В первую очередь это премия им. Дельвига в номинации «Перевод» за книгу «Пальмы в снегу». А полученные мною звания — литературный критик и специалист по художественной литературе. 

Из новостей: сейчас в печати одна из моих книг, фэнтэзи с индийскими мотивами. Новый для меня жанр, раньше так далеко на восток континента я не заходила. 

Лада Баумгартен: С индийскими мотивами?! Изумительно! Юлия, я знаю, что плюс ко всему Вы владеете также впечатляющим набором языков: от английского до баскского и японского. А как это многоязычие влияет на ваш писательский стиль? Помогают ли структуры редких языков создавать уникальные миры в фантастике?

Юлия Каштанова: Очень помогают. Так или иначе, все созданные нами языки в основе хранят языки, на Земле уже существующие или существовавшие. Даже не могу сказать, что приходит раньше, когда появляется новый мир — язык или другие культурные особенности. Но это чудо, когда персонажи начинают говорить на «родном» для них языке. 

Лада Баумгартен: В вашем резюме упоминается обучение в Испании (UNED) и преподавание. Становится ли зарубежный опыт и знание менталитета других стран основой для декораций в ваших приключенческих романах?

Юлия Каштанова: Любой опыт и знание менталитета влияет. Персонажи становятся более живыми, да и самой интереснее. Интересно этим опытом с читателями делиться. Для меня приключенческий роман — это не только «борьба, трактиры, стычки, шпаги, кони», но прежде всего — атмосфера той реальности, в которой действие происходит. Она оживает, наполняется красками. Только из книг, увы, всего не почерпнуть. Личный опыт ничем не заменишь. 

Лада Баумгартен: Ваша первая публикация была в учебнике латыни. Это довольно необычный старт для фантаста. Скучаете ли вы по «академическому» письму или художественная проза полностью захватила ваше внимание?

Юлия Каштанова: (улыбается) Это скорее удача, чем закономерность. Автору учебника понравились мои стихи, он предложил их опубликовать. Конечно, моя основная стезя — художественная литература, фантастика.  

Лада Баумгартен: Вы пишете для разных возрастных категорий. В рассказе «Новогоднее танго» вы описываете диалог демиурга и маленькой скрипачки. Трудно ли вам переключаться между «взрослой» философией и детским восприятием чуда?

Юлия Каштанова: Честно скажу, непросто. Особенно когда приходится одновременно работать над несколькими книгами (последние годы именно так и бывает). Для этого у меня есть помощники: книги, фильмы. Читаю и смотрю то, что помогает выдерживать стилистику. А для маленьких детей вообще писать сложнее всего. 

Лада Баумгартен: В «Новогоднем танго» герой-демиург видит два варианта будущего: одиночество в роскоши и счастливый союз с единомышленником. А как вы сами относитесь к финалам своих произведений — вы сторонник безусловного хеппи-энда или оставляете место для «горькой приправы» реализма?

Юлия Каштанова: Я люблю открытые финалы. Что мне откровенно не нравится (читать, а потому и писать) — так это трагедии. Хэппи-энд хорош там, где он уместен: в сказке, например. В остальных романах читатель видит в конце книги чаще всего не точку, а запятую. Повод задуматься, какой из финалов ему ближе. Хотя не все читатели любят такие запятые. 

Лада Баумгартен: Вы выпустили несколько дисков и пишете песни на трёх языках. Что рождается первым: текст, который диктует ритм, или мелодия?

Юлия Каштанова: Одновременно. Если появляется песня, она появляется сразу с мелодией. Бывают стихи без мелодий, но они стихами и остаются. 

Лада Баумгартен: В тексте песни «Правдивая история» есть строки: «Не стереть с борта мрачных рун, но судьбу обыграть я стараюсь за коном кон». Можно ли назвать это вашим жизненным или творческим кредо?

Юлия Каштанова: (смеется) Пожалуй, слишком для меня мрачновато. Я со своей судьбой предпочитаю договариваться. Но если не получается, то просто иду вперед. Потом часто оказывается, что камень на дороге пригодился для строительства моста, а его поднятие с земли еще и мышцы помогло накачать. Я во всем стараюсь видеть хорошие стороны. Не взяли книгу в одно издательство — доработала, отправила в другое, там взяли. Сорвался концерт, зато состоялся в другом месте, позже. Да, обидно, когда пророчества «мрачных рун» сбывается, но все, что не делается, — все к лучшему. 

Лада Баумгартен: Музыка часто становится центральной темой ваших произведений (скрипачка в рассказе, образ баюна в песне). Считаете ли вы музыку высшей формой магии, доступной человеку?

Юлия Каштанова: Определенно стихи и музыка — одни из высших проявлений этой магии. Не зря у Толкина весь мир песнею творился. И не случайно, наверное, все настоящие фантасты в той или иной степени — поэты. Музыка лечит, вдохновляет, придает сил. А после концертов ощущение такое, что взмахни руками — и взлетишь. 

Лада Баумгартен: Вы активно ведете мастерские для молодых авторов и входите в жюри конкурсов. Какую главную ошибку вы чаще всего замечаете у начинающих писателей-фантастов сегодня?

Юлия Каштанова: (вздыхает) Читают мало. Или не то. Хотя в большинстве современные фантасты меня все-таки радуют. У них живые миры и персонажи, интересные истории. К сожалению, у многих страдает язык — а это как раз недостаток чтения. Но многие стараются, восполняют пробелы, тренируются — и со временем у них появляется и уникальный стиль, и хороший язык. 

Лада Баумгартен: Вы — организатор площадок на «Зилантконе» и «Весконе». Как за последние годы изменилась атмосфера конвентов? Стали ли они более профессиональными или сохранили тот самый дух «вольного слушателя»?

Юлия Каштанова: Она почти не меняется. Есть конвенты для писателей, это отдельные мероприятия — «Роскон», например, или «Поехали!». Они могут быть и закрытыми, и для всех желающих, но они рассчитаны именно на работу: там много семинаров, встреч, круглых столов. «Зиланткон» или «Вескон» — конвенты больше развлекательные, там я чаще выступаю с концертами и мастер-классами. Благо, сейчас огромный выбор для участников, куда можно пойти. И литературные площадки только продолжают развиваться. У людей — всех возрастов — в последнее время возрос интерес к фантастике, особенно научной. Это здорово. Фантастика учит нас мечтать, а без фантазий жизнь станет унылой. 

Лада Баумгартен: Есть ли у вас в работе новые проекты?

Юлия Каштанова: Во-первых, это буктрейлеры. Мы с командой снимаем короткие рекламные ролики о книгах, не только моих, но и других фантастов. Вся съемка — полностью натурная, эффекты минимальные, компьютерной графикой или ИИ не пользуемся вообще. Основной упор в роликах — на сюжет и музыкальное сопровождение. Сюжет должен быть ярким и увлекательным, чтобы захватывал будущего читателя с первой секунды. В команде работают профессиональные режиссеры и операторы, а также актеры, музыканты, каскадеры. Ребята сами ставят трюки и бои (если они есть). Музыку тоже пишем сами — это могут быть уже готовые песни наших друзей (например, группы «Бреган д’Эрт») или же саундтрек делается специально под ролик. Процесс очень увлекательный, ребята работают с удовольствием. Жаль только, что все желаемое невозможно уложить в три минуты, поэтому помимо короткой «экранной» версии есть и более полная, «режиссерская». Первая работает как «тизер», а вторая — как самостоятельный клип, которые часто смотрят уже после прочтения книги, чтобы полюбоваться на любимых персонажей. 

Во-вторых, новелизации. Не так давно столкнулась с этой формой писательской работы, когда не фильм экранизирует книгу, а наоборот. Работа сложная, но очень увлекательная. Тут требуются и мастерство, и смекалка. Сюжет, вроде бы, готов и отступать от него нельзя, но нужно сделать из фактически чистого набора диалогов полноценное произведение, которое интересно читать: добавить описания, но не переборщить, раскрыть характер героев. Сложностей много (например, не всегда известно, как будут выглядеть герои, ведь книга часто пишется к выходу фильма, а не постфактум). Нужно выдерживать стилистику — сказочную, романтическую, подростковую, взрослую… Порой прилетают неожиданные комментарии от правообладателя (например, он хочет добавить какой-то эпизод, которого в сценарии не было). И, конечно, книга далеко не всегда совпадает с тем, что на экране, и на премьерах ловлю себя на том, что шепотом подсказываю своей компании (если я на премьере не одна), что и как в книге было по-другому. Иногда даже соседи начинают прислушиваться и недоумевают, кто это такой с ними рядом, если знает такие подробности. И всегда будоражит причастность к тайному действу, к созданию произведения в соавторстве с кинематографистами. Не все заказанные мне новелизации мне нравятся, но в некоторые я буквально влюбилась. Например, обожаю мультики. 

Лада Баумгартен: И в заключение предлагаю поговорить коротко о важном — в форме блиц.