Марина Старчевская: Я бы не прыгнула с парашютом…
2018-03-02

Марина Старчевская

Марина Старчевская. Член МГП, член писательской организации МТО ДА (Международное Творческое Объединение детских авторов) и Союза русскоязычных писателей Израиля.

Лада Баумгартен: Марина, в вашем архиве есть произведения и для взрослых, и для детей. Но каким все-таки автором вы больше всего себя позиционируете – детским или взрослым? Вопрос не случаен, когда вы писали о себе, вступая к МГП, в вашей творческой автобиографии были представлены в основном книги для детей, и ваша деятельность – связанная с творческими организациями, объединяющими именно детских авторов? И вдруг стихи для взрослой аудитории и не просто так себе, а сильная, конкурентоспособная поэзия – извините за бизнес-термин.

Марина Старчевская: Я не могу сказать определённо, что я детский автор. Бывают периоды, когда пишутся стихи для детей, а то вдруг налетает невероятная смешливость, и я пишу пародии, шутки, одностишки и вижу мир «в кривом зеркале». А иногда просыпается лирик и диктует серьёзные вирши, да так, что только успевай записывать. Получается, что приблизительно каждые два-три года я могу издавать три сборника – лирику, юмор и книжечку для детей.

Лада Баумгартен: Что послужило переходом (толчком) к взрослой лирике? Или тяга была и раньше, просто по определённым причинам (каким?) Вы не выносили эту сторону своего творчества на широкую аудиторию?

Марина Старчевская: А никаких толчков не было. Просто в тот период, когда я вступала в МГП, я издавала книги для детей. Остальные виды творчества ждали своей очереди. Вы же помните, что на «Русском Stil-е –2015» я получила 1 место, именно за лирику.

Лада Баумгартен: А что привело вас в литературу?

Марина Старчевская: Писать я начала приблизительно в возрасте 14 лет. Думаю, что стишки бродили во мне и раньше, просто я этого не понимала. А потом даже сочинения стала писать в стихах. В этом же возрасте я появилась в Днепропетровской областной литстудии, а потом подала документы в Московский Литинститут. Прошла творческий отбор, а на экзамены родители меня не пустили. Может, и правильно, что бы я делала в Израиле с дипломом литературного института?..

Лада Баумгартен: О чем в основном вы пишите?

Марина Старчевская: Мне легче сказать, о чём я не пишу. Я не пишу о любви, потому что всё давным давно уже сказано.

Лада Баумгартен: Вы эмигрировали в Израиль в 1989 году. Затем работа в школе и еще много чего на ниве творчества. А чем вы занимались до этого, где жили, почему решили эмигрировать?

Марина Старчевская: Я родилась в Днепропетровске, училась всегда легко и поэтому окончила электротехнический факультет с отличием. Потом переехала в Туапсе к мужу в Россию. Работала инженером связи, родила двоих детей – всё, как у всех. Мы давно хотели уехать и, когда СССР приоткрыл ворота, сразу подали на выезд. Так я оказалась учителем электроники в израильской старшей школе и колледже и долгое время не писала ничего кроме методичек на иврите.

Лада Баумгартен: Что для вас было самым сложным после переезда в новую страну?

Марина Старчевская: Даже не знаю… Я встала к доске уже через 10 месяцев пребывания в стране. Самым сложным было выйти на переменке в учительскую и продолжать говорить на иврите. Иногда, я просто оставалась в лаборатории до следующего урока.

Лада Баумгартен: Чего бы вы никогда не сделали в жизни?

Марина Старчевская: Я бы не прыгнула с парашютом – жутко боюсь высоты.

 

Лада Баумгартен: Вы – активный участник литературных акций самого разного формата и масштабов, а так же победитель поэтических конкурсов. Что дает вам участие в качестве конкурсанта?

Марина Старчевская: Шёпотом: я азартный человек. Меня увлекают соревнования любого вида. Кроме того на таких конкурсах и фестивалях есть возможность пообщаться с интересными людьми и расширить возможности своего творчества.

Лада Баумгартен: Какие из самых запоминающихся фестивалей Вы посетили? Что дают вам встречи в рамках таких мероприятий? С кем вы познакомились? Есть ли такие встречи, которые могли состояться лишь вот так – в реальном режиме, и вряд ли могли состояться или же перерасти в иное качество, если бы контакт оставался лишь виртуальным? Мы все в последнее время сидим в сети, там общаемся, решаем какие-то свои задачи, заводим друзей, да и просто пишем друг другу письма. Но, тем не менее – нет-нет да и вылезаем на «свет божий». Хотя многие ограничиваются лишь виртуалом… Не значит ли это, что оставшиеся на виртуальном поле лишают себя особенной прелести от живого общения? Ваше мнение.

Марина Старчевская: Я люблю «Русский Stil», «Арфу Давида»,  однажды была на церемонии вручения «Золотого Пера Руси»… Такие мероприятия напоминают мне пионер-лагерь, в хорошем смысле этого слова. Это новые встречи, интересные люди, новые друзья  –  всё, как в молодости. Т. е. они несут в себе положительный заряд и позволяют почувствовать сябя очень молодой. Это способствует потом полноценному общению с новыми друзьями виртуально. Только лишь виртуально  – это не так интересно! Для сохранения нужной творческой энергетики живое общение  – очень полезная вещь. Все люди, с которыми я познакомилась на фестивалях, в конечном итоге, стали моими добрыми знакомыми и приятелями.

Лада Баумгартен: Как относятся ваши близкие к тому, что вы, и это наверняка – я по себе знаю, сколько времени уходит на сочинительство, больше времени отдаете не им, а своему увлечению?

Марина Старчевская: Ну как же, мои близкие очень ревнуют меня к моему увлечению, особенно муж. Но пока мне ещё удаётся ускользать из железных тисков семейного диктата и выделять львиную долю своего времени творчеству.

Лада Баумгартен: Ваш супруг неизменно сопровождает вас в литературных поездках и видно, как он переживает и поддерживает свою дражайшую половину. Нескромный вопрос, как давно вы вместе? Как познакомились? Что литература для вашего супруга?

Марина Старчевская: Мы стараемся выезжать вместе. Познакомились в далёкой молодости, и 37 лет совместной жизни приучили меня к тому, что супруг всегда рядом. В принципе, его не очень интересуют стихи, но он мужественно выслушивает все наши литературные пробы.

Лада Баумгартен: Скажите, чем отличается литературная жизнь в Израиле от той же самой, например, в Украине? Стали ли авторы-эмигранты более прогрессивными, раскрепощенными в плане творчества, о чем пишут, какие темы волнуют?

Марина Старчевская: Давайте начнём с того, что я не считаю себя эмигрантом. Мы израильтяне в массе своей репатрианты. Разумеется, мы находимся в некотором отрыве от русского литературного процесса. Но с другой стороны, когда меняется образ жизни, ментальность, отношение мировой к политике, появляются другие темы, появляется другой взгляд на мир. Вообще современный литературный процесс стал более интегрированным за счёт того, что каждый автор привносит в него своё мировоззрение и новый мировой опыт. От этого и темы шире, и взгляды глубже.

Лада Баумгартен: Ваши любимые книги и авторы?

Марина Старчевская: Я всеядна. Обожаю хорошие детективы – Гришем, Стиг Ларсен, Ю. Несбё… Люблю классику – Л. Толстой, Хармс, Паустовский… А ещё Ивлин Во, Селинджер, Гарсия Лорка… Кроме этого, обожаю открывать новые имена.

Лада Баумгартен: Чтобы вы пожелали молодым авторам, кто еще только берет перо в руки или, как сегодня принято говорить – прикладывается к компьютерной клавиатуре?

Марина Старчевская: Я не оригинальна, до меня об этом отлично сказал М. М. Жванецкий: «Писать, как писать, нужно тогда, когда уже больше не можешь терпеть».

 

 

Добавить комментарий