Борис Губерман – писатель, член Международной гильдии писателей. Живет в Израиле.

Лада Баумгартен: Борис, вы родом из Баку. Многие из нас лишь чуть-чуть соприкасались с Азербайджаном, а сейчас в период закрытия границ даже мечтать не приходится, что удастся посетить эту благословенную землю. Хотя посредством интернета мы активно сотрудничаем с писателями из Баку, но все-таки по большей части это деловое сотрудничество – издание книг, литературные презентации. Расскажите, пожалуйста, нашим читателям, что за люди живут в Азербайджане, чем интересны традиции и культура страны?

Борис Губерман: Мне повезло: я родился, вырос и практически вся моя сознательная жизнь связаны с моим городом. Это – город Баку. Мы жили в самом интернациональном городе Советского Союза или, может, даже мира, где не только добывали нефть и была сильнейшая промышленность, наука и прочие достижения человеческой мысли, но и складывались удивительные судьбы. И я счастлив уже тем, что могу причислить себя к нации, именуемой – бакинцы. По этой причине даже существует Международный день бакинца, который отмечается в начале июня каждого года. Мы везде: и в любых странах, и на всех континентах.

Вы говорите о том, что активно сотрудничаете с писателями из Баку посредством интернета? Однако, что может дать интернет без живого повседневного общения с соседями, которые зачастую были для всех нас большой родней, независимо от национальной принадлежности каждого из нас. И если говорить о нашем отъезде, то он у меня с семьей состоялся после трагических событий 20 января 1990 года, когда советские танки вошли в столицу Советского Азербайджана город Баку и начали своими гусеницами давить беззащитных советских людей.

Помню, что утром 20 января я поднялся в верхнюю часть города от моего дома и увидел страшную картину: вся площадь между тремя бакинскими микрорайонами была залита уже засохшей после ночной трагедии человеческой кровью, и кто-то уже успел разбросать алые гвоздики на проезжую часть. Было горько и больно за гибель ни в чем неповинных людей. Да, это было наше общее бакинское горе. И до сих пор мы эту трагедию воспринимаем как собственную.

Да, мы уезжали, но не из Баку. Мы уезжали тогда из Советского Союза. Прошу понять меня правильно. Ведь мы тогда потеряли и насыщенную жизнь, и, некоторым образом, связи. Я посещал литературную студию, которой руководил выпускник Литературного института им. М. Горького Дмитрий Дадашидзе, кстати выпустивший за всю свою литературную карьеру лишь один поэтический сборник. И он еще был счастливчиком. Другим и этого не выпадало. Благодаря этой литературной студии мы общались с творческими личностями: писателями, поэтами, художниками, наши стихи читались по республиканскому радио. И я часто задаю себе вопрос: что для меня значит Баку, Азербайджан? Ведь мне по работе немало пришлось поездить и полетать по республике. И я вспоминаю нашу встречу с одним интересным художником, который сказал нам тогда, что когда он пишет свои картины, будь то пейзаж или чей-то портрет, независимо от сюжета он пишет свою любимую девушку. Хотя это всего лишь пейзаж и не ее портрет. Так и у меня: о чем бы я ни писал, я пишу мой Баку, мой Каспий:

 

Резко вздыбились небеса,

Раскачались деревья и в стоны,

Взбунтовалась волна морская,

Разбежалась и понесла.

 

Море, море! О сколько песен,

Сколько солнца в твоих глубинах,

Сколько музыки в ветре сильном:

Невозможно все сразу осмыслить.

 

И по белым клавишам-волнам

Ритмы с разною силой звучанья

Разыгрались аккордом страстным –

На лице по удару от капель.

 

И бессильный пред этой стихией

Я в себе обретаю силу.

 

Это из моего раннего стихотворения «Порыв». Я до сих пор вижу перед собой уникальные по архитектуре и красоте дома, бакинскую крепость, уходящую корнями в доисторические времена и являющуюся символом моего города Девичью башню. Можно перечислять и перечислять все то, что сегодня относится к разряду достопримечательностей города Баку. Баку – это для меня все. Ведь я видел воочию и Муслима Магамаева, и Полада Бюль-Бюля, посещал театры моего города, художественные выставки и музеи, здесь у меня произошла встреча с Евгением Александровичем Евтушенко, с Эдуардом Асадовым. Это я сейчас понимаю, что бакинская жизнь баловала меня, и поэтому свое творчество я также посвящаю моему Баку. И это, конечно же, сказано не ради красного словца.

Лада Баумгартен: Вы ведь сотрудничали в том числе с бакинской прессой, насколько мне известно вы профессиональный журналист. Какой у вас стаж работы в СМИ? В каких газетах вы работали – о чем писали?

Борис Губерман: Сотрудничество с прессой у меня, впрочем, началось в городе Али-Байрамлы, в городской газете «Маяк», куда я попал совершенно случайно в далеком 1967 году. Просто я подошел к редакции республиканской газеты «Вышка» и на входных дверях увидал прикрепленный распечатанный на машинке листок с объявлением, мол, в городскую газету города Али-Байрамлы приглашаются литературные сотрудники и номер телефона редакции. Я, немедля, созвонился с редактором газеты Борисом Фрольцовым, который и предложил к ним приехать. Надо сказать, что в то время за моими плечами была лишь вечерняя школа рабочей молодежи, некоторый трудовой стаж, участие в стенной печати и… никакого опыта работы в прессе. Приехал и меня с одним из сотрудников отправили на строящуюся в Али-Байрамлах электростанцию. Короче, первые мои зарисовки пошли на первые центральные полосы газеты, что и предопределило всю мою дальнейшую творческую жизнь. Меня пригласили на свободную тогда должность корректора и одновременно предоставлялась возможность писать. Первая заметка, первая зарисовка, первая корреспонденция, первый очерк. Для меня все было тогда впервой. Я газетчик, может, по этой причине меня не притягивало сотрудничать с радио или телевидением. Уже потом, когда я заканчивал университет, темой моей дипломной работы, кстати, оцененной неожиданно для меня по высшему разряду, была «Особенности корреспонденции как жанра». Причем работу эту пришлось переделывать, потому что при ее написании я вначале ударился в теорию жанра, а потом по настоянию моего руководителя диплома и одновременно заместителя редактора газеты «Вышка» и классного журналиста Османа Мирзоева на базе анализа состояния жанра корреспонденции во все той же газете «Вышка» мне и удалось, что несмотря на приведенные в специальной литературе посвященные этому жанру статьи, доказывать, что существуют всего лишь два типа корреспонденций: информационная и аналитическая, что в сущности перечеркивало существование каких-либо других подвидов этого жанра. Может, поэтому именно жанр корреспонденции оставался и остается главным приоритетом в моей журналистской практике. И хотя я в дальнейшем предпочитал работать в многотиражной печати и писать на любые темы и в любых жанрах журналистики, у меня также продолжалось и сотрудничество с большой прессой. Даже попал как-то, благодаря собственному корреспонденту всесоюзной газеты «Труд» Татьяне Касумовой, на страницы этой газеты. Помню даже, как один из моих репортажей, опубликованных в газете «Бакинский рабочий» под названием «Санитарный рейс», «сыграл» со мной злую шутку. Я тогда учился на 2-м курсе факультета журналистики нашего госуниверситета. Репортаж был опубликован раньше, чем я озаботился приобрести этот номер газеты. И вдруг во время экзамена мой преподаватель по современному русскому языку Зейнаб Алиевна протягивает мне газету «Бакинский рабочий» и просит, чтобы я разобрал на составные выбранное ею предложение. Оказалось, что материал этот мой и предложение, которое я же и написал, тоже мое. Если бы я знал, в какую западню я сам себя вогнал, ни за что не стал бы выделывать такие кренделя. Нет, предложение было составлено очень даже правильно и полностью соответствовало жанру репортажа, но… В общем, с грехом пополам мы с моим преподавателем общими усилиями разобрались в существе ее вопроса. Правда, с таким трудом выстраданный зачет я все-таки получил.

Лада Баумгартен: Почему именно журналистика стала вашей профессиональной реализацией?

Борис Губерман: Человеку, занятому в журналистике, необходимо каждый раз проявлять и свою гражданскую позицию, и быть предельно честным перед собой и своим читателем. И то, что мне до сих пор не пришлось краснеть за сказанное мною за все проработанное в печати время, говорит само за себя. Повторюсь: именно для человека моей профессии, как ни в какой другой профессии, важно заявить себя гражданином и тогда не будет стыдно за себя. Без этого качества настоящего журналиста быть не может, независимо от того, в каком бы органе печати и в какой должности он бы не работал. В противном случае скатишься на уровень обычного шелкопера.

За время работы мне приходилось встречаться не только с достойными коллегами, но и с такими, о которых и вспоминаешь по случаю. Один из них, к сожалению, мой редактор, который не знал как бы выгоднее себя продать. Был даже момент, когда он мой материал выдал за свой и опубликовал под своей фамилией. И когда я ему сказал об этом, он меня так и не понял, чего это такого я от него хочу. Не обидно было, что хоть корреспонденция была бы какой-то существенной. А так заработал он на этом по тамошним ценам 3 рубля и еще обиделся на меня за то, что я указал ему на плагиат. Запомнился он мне и тем, что при нашем первом знакомстве поспешил сообщить в партийные органы о том, что моя сестра проживает за границей, что по тем временам в Союзе не очень приветствовалось. За все время нашего сотрудничества он совсем не удосуживался заниматься своими прямыми редакторскими обязанностями, зато постоянно ошивался где-то в парткоме, райкоме и других значимых местах. Пробовал он себя и в поэзии и даже книжку стихов опубликовал, за что его и таких, как он, раскритиковал какой-то столичный литературный журнал. Читая его, хотелось всякий раз поступить, как это сделал в свое время Россини, когда один из молодых композиторов представил ему свое сочинение. Просто Великий, обладающий незаурядной памятью, при прослушивании всякий раз снимал шляпу и кланялся. А когда молодой автор поинтересовался, Россини ответил, что каждый раз он встречается со старыми знакомыми. Так и здесь, читая его стихи, я всякий раз натыкался то на Маяковского, то еще на кого-то из значимых или менее значимых поэтов. Благо, что мы с моим редактором вскорости расстались: его в конечном итоге уволили за то, что он «увлекся» реализацией чужой недвижимости. Но это так, к слову.

Лада Баумгартен: Баку повлиял на ваше творческое становление? Если да, то в чем это выразилось?

Борис Губерман: Мое творчество началось с банального: на свадьбе сестры, моей троюродной сестры, какой-то пожилой по тем временам для меня человек каждый раз в течение торжества удалялся на время ото всех с глаз долой, а потом возвращался и читал собравшимся только что сочиненные им стихи. Естественно, они были посвящены новобрачным, их близким, некоторым гостям. У меня тогда по случаю оказались с собой блокнот и ручка. И я тоже решил попробовать сочинять. С этого момента, с того первого моего стихотворения и началось мое творчество. Собственно, тогда, когда я разговаривал по телефону с редактором «Маяка» Фрольцовым, первым делом сказал о том, что сочиняю стихи. Там же в «Маяке» позже появились и мои первые печатные публикации. И теперь, когда я являюсь автором более десятка уже изданных книг, большей частью поэтических, я с благодарностью вспоминаю тот свадебный эпизод.

Да, именно Баку в дальнейшем повлиял на мое творчество во всех отношениях. Здесь жили мои друзья и мои стихотворения, а я пишу именно стихотворения, а не стихи, которые отражают по сей день все то, что я когда-то пережил, к чему был неравнодушен. Можно за всю жизнь написать много стихотворений, рассказов, поэм и романов, однако у каждого автора имеется произведение, где он с полным правом может утверждать, что именно с этого определяющего стихотворения или рассказа последовало его начало, с которого он смог в итоге состояться как АВТОР, и все созданное им до являлось лишь предтечей его творчества. Таким началом лично я могу считать стихотворение, которое долгое время у меня вообще было без названия. Просто у меня прекратились отношения с любимой девушкой, и я, находясь буквально в трансовом состоянии, написал:

 

Это страшно:

Руками схватить молнию

И смотреть на обугленные пальцы.

Мне страшно:

Испепеленное сердце источает холод…

………………………………………………………………..

………………………………………………………………..

– Товарищ человек, Вы уронили свое сердце…

– Товарищ милиционер, он уронил свое сердце…

– Товарищ милиционер, он что-то бормочет.

Может, вызовем «скорую» в помощь ему?..

– Спасибо!..

Верните, пожалуйста, мое потерянное сердце.

 

Уже много позже сложилось и название «Потерянное сердце», а спустя время этот заголовок послужил и названием всей моей книги стихотворений. Изданная в Екатеринбурге (Россия) Издательским домом Ridero, она даже стала участницей 33-й Московской Международной книжной ярмарки. Именно со стихотворения «Потерянное сердце» я и начался, хотя до этого были написаны многие вещи. А спустя время были написаны «Откровения» с посвящением жене, которой не стало уже восемь месяцев тому назад. А тогда у меня получилось:

 

Назову тебя просто Раею,

Назову тебя неотравою,

Назову тебя самой милою

От того, что ты все желаннее.

 

Я – богатенький,

Ты – приданное,

Я – счастливейший,

Ты – отрадное.

 

И наш каждый день,

И наш каждый час,

Как бокал вина опьяняющий.

 

А еще много раньше я написал самое короткое стихотворение, название которого много длиннее его содержания:

 

Маленькое стихотворение о маленьком человеке

Человечек

 

А до этого было стихотворение без названия:

 

Дамы,

Где ваши собачки?

Мопсики?..

Прочие твари?..

Мужчины?

 

Или вдруг меня осенило признание:

 

Пролила на меня рябина

Свою жгучую красную гроздь…

 

А однажды в Муганьской степи в заходящих лучах солнца я увидел облако с зеленоватым оттенком и у меня родилось:

 

Подарите мне облако

с налетом зеленой грусти

И рыжий мячик

в сочетании с желтым,

Чтобы можно было сыграть с кем-то в завтра…

 

Заканчивается же это стихотворение словами:

 

Спрятать бы эту необъятную доброту неба

Далеко-далеко в сердце,

Чтоб там пелось,

Я ТОГДА НАУЧУ СКАЛЫ

МОЛЧАЛИВЫМ НАПЕВАМ КАМНЯ.

 

Болгарский поэт Божидар Божилов как-то в своих откровениях сказал:

Я не пишу стихи,

Я их живу.

Мне кажется, что эти слова в полной мере относятся и к моему творчеству. Мне нравится писать. Мне нравится писать именно живые стихи. И мне в творчестве несказанно повезло, потому что обучался в группе, где вместе с нами обучались несколько поэтов. Так, что пройти школу Софы Варзагер, значило состояться. Жаль, что она, автор великолепных стихотворений и автор двух самоизданных книг, уже никогда не сможет быть никому представленной по случаю ее нынешнего серьезнейшего заболевания. Да, это правда: без Баку мы просто-таки не смогли бы ни состояться, ни что-то значить.

Лада Баумгартен: У вас очень интересный творческий псевдоним: Георгий Витязь. Выбор такого имени имеет какую-то свою предысторию?

Борис Губерман: Появился этот псевдоним неожиданно. Каждый автор очень часто желает, чтобы его произведение выделялось на фоне других авторов не только содержанием, но и чем-то еще. Я уже закончил написание книги «Наедине с социализмом или в двух шагах от …». Оставался маленький штрих: чтобы она зазвучала. Название книги родилось как-то сразу. Но, как мне казалось, чего-то не хватало. Захотелось ее озаглавить таким авторством, которое ни у кого не встречалось. Возникла идея псевдонима. Помогла дочь Александра, и мы вместе с ней придумали: Георгий Витязь. Первое издание книги вышло под этим псевдонимом. Под этим же псевдонимом в израильской русскоязычной газете «Новости недели» вышло несколько моих публикаций. Однако в дальнейшем, когда я решил повторить издание этого публицистического произведения в издательстве LAMBERT, я решил публиковаться под своей настоящем фамилией и настоящим именем.

Лада Баумгартен: Писать книги вы начали только после переезда в Израиль или были пробы ранее?

Борис Губерман: Всем нам как авторам надо было родиться до 1917 года, когда литературных журналов в Российской Империи было более, чем… Однако мы родились в советское время. При таком обилии, действительно, талантов, например, в Азербайджане тогда имелся лишь один журнал на русском языке «Литературный Азербайджан». Поэтому все мы никаких иллюзий не питали. Я лично был среди не желаемых публиковаться в нем, понимал бесперспективность своего положения. А попробовать печататься во всесоюзных литературных журналах тоже не имело смысла: там и без нас своих «едоков» было более, чем достаточно. Что же до издания своих книг, то я в ту пору просто об этом не думал. Просто я не относил себя к везунчикам и рассчитывать на издание своих произведений в виде книг, да еще молодому автору, да еще еврею в Советском Союзе… Далее я думаю не стоит продолжать. По приезде в Израиль поначалу складывалась та же история. С книгами повезло, и все было проще, чем я мог предполагать. Просто мне поначалу самому захотелось на свои кровные издать книгу стихотворений, и в итоге родилась в 2006 году книга под названием «Посвящение в убийство». Конечно же я никого не призывал в ней убивать. «Виной» тому название одного из стихотворений. Далее мне опять же на свои кровные и тиражом всего в 50 экземпляров удалось издать книгу «Наедине с социализмом или в двух шагах от …». Только спустя еще несколько лет мне подсказали выйти на интернет-издательство LAMBERT, являющееся совместным предприятием Латвия-Германия. Здесь и увидели свет мои основные книги. А потом благодаря интернету я вышел на Издательский дом Ridero (Екатеринбург, Россия). Результатом сотрудничества с этим издательством и родилась книга «Потерянное сердце», о которой мы уже говорили. В настоящем в издательстве «Серебряная роза» готовится выйти в свет книга моих стихотворений «Как из града Колотти». В общем, теперь меня уже хотят издавать и поступают интересные предложения.

Лада Баумгартен: Какой литературный жанр вам ближе всего?

Борис Губерман: Из литературных предпочтений мне более всего подходит публицистика. Так мне ближе и понятнее донести до читателя суть моих произведений. Независимо, касается ли это моей прозы или стихотворений.

Лада Баумгартен: О чем пишите сегодня? Какие основные темы вашего творчества? Кто ваши главные персонажи?

Борис Губерман: Главным персонажем своих произведений я называю ЖИЗНЬ во всех ее проявлениях. Независимо, касается это моих стихотворений или в еще большей мере моей прозы. Я продолжаю писать практически каждый день стихотворения и одновременно продолжаю работу над еще одним публицистическим произведением. Но пока оно находится в стадии написания, что-либо рассказывать о нем мне не хотелось бы по той причине, что оно не завершено. А о незавершенном привычки говорить у меня нет, чего бы это не касалось, будь то литература, журналистика или жизненные ситуации. Что же касается тем, то их в избытке подсказывает жизнь. И еще. Обычно в моем творчестве, помимо моего личного авторства, есть еще что-то высшее, которое сверху надиктовывает произведения. Я лишь записываю их и иногда кое-что дополняю, слегка переделываю. Это не от скромности. Это по существу.

Лада Баумгартен: По-вашему, какими качествами должен обладать писатель?

Борис Губерман: Писатель – это, как правило, обычный человек, но постоянно заряженный на творчество. А еще в своем творчестве он не должен быть похожим на других авторов, чтобы от него ни в коем случае не источался дух графоманства и фальши. Главное, любой уважающий себя автор должен быть предельно честен перед собой и не хитрить, если это, конечно же, не продиктовано сюжетом и жанром его произведения. Иначе, как он сможет донести до читателя суть и смысл своего литературного труда. И еще доводить начатое дело до логического завершения, в какой бы жизненной ситуации он не находился.

Лада Баумгартен: Я знаю, что у вас переводится на английский язык книга «Наедине с социализмом или в двух шагах от …». А о чем она?

Борис Губерман: Как сообщил мне пару месяцев назад мой переводчик из Дублина Ронан Квин, моя книга уже переведена на английский и ждет увидеть свет в одном из лондонских издательств. Это уже наш второй подобный опыт сотрудничества. Первая книга «Концепция: общественно-экономические формации и сопутствующие им рынки» вышла в издательстве LAMBERT в русско-английской версиях (сайт интернет-магазина www.morebooks.shop и ISBN: 978-613-8-38440-3). В этой небольшой по объему книжке мне удалось доказать, что общественно-экономические формации сменялись не сами по себе или по прихоти кого бы то ни было, а по причине рынка, находящегося под непосредственным и определяющим влиянием демографического роста населения. Да-да, того самого рынка, куда мы отправляемся совершать обычные покупки, из-за которого происходят различные все без исключения общественно-политические, экономические и социальные процессы, а также смена общественного строя и крушение империй, если там не придерживаются основополагающих жизненных требований рынка и демографии. И еще. В этой маленькой книжке читатель вдруг обнаружит для себя, как я считаю, целых три научных открытия. В том числе и открытую мною Теорию рынков, а также то, что по Концепции совсем несложно оказалось предсказать, что всех нас жителей Земли в самом ближайшем будущем ожидает жизнь и в условиях Рынка Рыночной Экономики, соответственно, в условиях новой так называемой Эффективной общественно-экономической формации. И все это помимо воли нашей и нашего на то желания.

Но всех эти «мои» открытия, прошу извинить меня за дерзость, не могли бы состояться, если бы предварительно не была написана книга «Наедине с социализмом или в двух шагах от …», вышедшая ранее в издательстве LAMBERT (сайт интернет-магазина прежний, а ISBN: 978-613-8-38414-4). А была она написана совершенно «случайно». Предысторией ее создания явились наши долгие споры с моим сыном Вадимом, безвременно ушедшим из жизни 12 февраля 2016 года по причине онкологии. А тогда я столкнулся с его убеждением, что тому народу, от которого мы когда-то в 1990 году уехали, нужна… палка над головой. Это образно. Я же был противником данной концепции, потому как исходил из того, что с этими людьми мне приходилось работать и общаться не только в бывшем Союзе, но и в Израиле. Наоборот, я видел, как те люди, начавшие работать на совершенном современном оборудовании и станках, освоились настолько успешно, что к ним даже приходили коренные израильтяне и советовались – какую лучше программу заложить в станок CNC, чтобы добиться желаемого результата. И это без всякой «палки над головой».

Так вот, однажды в споре сын и сказал мне: «А ты напиши, папа». Таким образом наш спор и явился катализатором в создании книги. О чем она? Она о том самом рынке, о котором мы уже говорили. Вернее, о рыночной экономике, и именно с позиций рыночной экономики впервые в литературе делались оценки, освещались факты, происходящие и ранее, и на современном этапе жизни нашего общества. И хотя я одновременно с написанием книги работал на производстве, сюжет буквально захватил настолько, что мы с книгой стали неотделимым целым. И сегодня по прошествии времени я могу с удовлетворением сказать: получилось. Потому что в книге не только о предназначении рыночной экономики в жизни каждого из нас, но и об изменениях, происходящих в обществе. Просто мне удалось прийти к мнению, что именно рынок и демографический фактор всегда являлись отправным моментом к смене общественно-экономических формаций, к созданию государств, причиной возникновения и прекращения войн, о роли производительных сил, и как человечество благодаря этому пришло к нынешнему благосостоянию общества, а, главное – почему социализм обязательно должен саморазрушаться и ни в коем случае не претендовать даже называться общественно-экономической формацией.

Книга «Наедине с социализмом или в двух шагах от …» состоит из трех частей, где в первой части представлены и исторические, и политические, и экономические, и философские аспекты, послужившие причиной крушения коммунистического монстра – Советского Союза. Во второй части представлены системы построения всей системы бывшей социалистической империи, приведшие в итоге к краху, и рассказано о том, какую роль в этом разрушении сыграли идеологи и мои главные оппоненты, действительно, непосредственно причастные к разрушению своего же детища – всей социалистической системы – К. Маркс, Ф. Энгельс, В. Ленин и И. Сталин. В третьей части книги даны современные объективные оценки нынешнего состояния всей постсоветской системы, которые должны привести к обязательному саморазрушению Содружества «Независимых» Государств или СНГ.

Книга на мой взгляд получилась интересной, объемной и захватывающей, о чем говорит хотя бы тот факт, что, когда я предложил Ронану Квину, моему переводчику, перевести ее на английский, он мне сказал после ознакомления с ее содержанием: «Я очень хотел бы перевести Вашу книгу».

Почему книга называется «Наедине с социализмом или в двух шагах от …»? так вот, если бы советская социалистическая система и экономика блюли законы рыночной экономики и руководствовались бы при этом инструментариями этой самой рыночной экономики, как-то – конъектура-спрос и предложения-реклама плюс ее величество конкуренция, но только в своей триединой неделимой ипостаси, то СССР был бы самым процветающим государством на планете Земля с удобными условиями проживания практически для всех граждан необъятной страны на два континента. И вот «или в двух шагах от …» – это и есть то самое, что Советский Союз находился именно в двух шагах от реального процветания. И тогда бы не нужно было бы устраивать идеологический шабаш по истреблению миллионов ни в чем не повинных сограждан бывшей Страны Советов. Во всяком случае читателям не составит особого труда разобраться во всех «сложностях» моего произведения, написанного ко всему прочему простым и доступным языком. И я желаю счастливого всем прочтения моей книги. Кстати, «Концепция: общественно-экономические формации и сопутствующие им рынки» позднее органично вошла отдельной главой в книгу «Наедине с социализмом или в двух шагах от …».

Лада Баумгартен: Еще меня заинтересовало то, что вы автор Экономической модели – Метод «МЕЧТА&РЕАЛЬНОСТЬ». Об этом расскажите поподробнее – наверное, никогда не существовало человека, не мечтающего о лучшей для себя доли. Может ли обычный человек, используя ваш метод, как-то приблизиться к своей мечте или это о чем-то более глобальном? В чем суть вашего метода?

Борис Губерман: Если быть откровенным, то я как автор до сих пор «не знаю» обо всех возможностях моей Экономической модели – Метод «МЕЧТА&РЕАЛЬНОСТЬ». Вторым откровением является то, что она является завершающей частью все той же «Наедине с социализмом или в двух шагах от …», но которая никогда не войдет в книгу, хотя и создана она на базе моей книги. Бывают и такие парадоксы. Потому что Метод «МЕЧТА&РЕАЛЬНОСТЬ» по сути является и изобретением, и открытием одновременно, так как аналога ему нет в мире. Хотя, если разобраться, то Экономическая модель построена на общеизвестных принципах, которые, по сути, присутствуют практически во многих как развитых, так и бедных экономиках мира. Она, как бы вам сказать, из разряда одновременно «об этом все говорят, но однажды находится дурак, который приходит и говорит вот» и «этого быть не может, потому что этого не может быть». Как-то вот так. А теперь о серьезном. Об этой системе я начал задумываться еще будучи в Баку. Я ведь – проблематик, то есть всегда нацелен на проблемы и довольно часто могу найти ответ на те социальные, политические или еще какие-либо проблемы, на которые другие ответа найти не могут. А тут я обратил внимание на то, что практически все промышленные предприятия города Баку, а, стало быть, и страны в целом, занятые на выпуске вполне гражданской мирной продукции, в случае войны могли в кратчайшее время переформироваться на выпуск военной продукции и боеприпасов. И где-то там в запасниках и на особых складах уже загодя лежала вся необходимая оснастка ко всем действующим станкам, на что соответственно имелась вся необходимая документация, чертежи, материалы и комплектующие. Во всяком случае на курсах по гражданской обороне, которые мне довелось посещать, этого не скрывали. А окончательно Экономическая модель у меня сформировалась уже в Израиле. Просто я взял за основу своего изобретения все ту же универсальность предприятий бывшего Советского Союза и связал с действующим производством Израиля. Так завершилась эпопея по созданию моей Экономической модели – Метод «МЕЧТА&РЕАЛЬНОСТЬ». Она базируется всего на трех производственных элементах, при которых создается реальная возможность производить в любой точке Земного шара продукт любой сложности изготовления, да еще на уровне лучших мировых брендов и производителей. Моя Экономическая модель условно это такой экономический кубик, подобный кубику Лего, из которого можно складывать любые экономические системы и которая, как универсальная матрица, ложится буквально на любую экономику мира и существенно улучшает ее. Независимо от того, является эта экономика определяющей мировую политику, но имеющая проблемные экономические зоны, или, если начинать экономику с нуля. Для примера, если бы ту Восточную Германию сразу после объединения приводили бы в соответствие с экономикой ФРГ, то на все преобразования с помощью моей Экономической модели ушло бы не более 1,5–2-х лет. При чем затратили бы на всю программу ни десятки-сотни миллиардов в серьезных валютах, а всего несколько миллиардов. Именно при моей Экономической модели создаются все предпосылки для творческого развития личности. Ведь не секрет, что лишь малая часть изобретателей сегодня могут реализоваться. А моя система создает реальные предпосылки для становления практически каждого серьезного новатора. Ко всему использование всего трех производственных элементов позволит в большинстве своем навсегда отказаться от создания крупных гигантов в виде комбинатов, заводов и производственных комплексов в пользу этих трех производственных элементов, которые и позволят в наикратчайшее время освоить производство всего – от обычной иголки до «Мерседеса» и в любых требуемых количествах. Система обеспечивает занятостью практически все население. Все это станет реальным благодаря созданию большого числа бизнесов. Тем самым создаются все условия для разрешения социальных, экономических и всех прочих проблем и создаст все условия для решения мировых проблем в пользу мирного сосуществования. Как сказала моя старшая дочь, экономист по образованию, после ознакомления с моим изобретением, что минусов моя система не имеет. Мне могут возразить и назвать меня фантастом, хотя станки CNC и системы из разряда 3-D принтеров существуют уже в настоящем. Да и Экономическая модель – Метод «МЕЧТА&РЕАЛЬНОСТЬ» уже подтверждена в качестве изобретения как у нас в Израиле, так и Библиотекой Конгресса США. Так что подождем, пока остальные «созреют» для ее реализации.

Лада Баумгартен: Ваши планы на будущее?

Борис Губерман: Писать. А еще напоследок мне хотелось бы подарить читателям одно из последних моих стихотворений.

 

С такой, как ты, не расстаются

С такой,

Как ты,

Не расстаются,

Не делятся,

Не отдают,

С такой, как ты, не расстаются,

А берегут.

За все:

За преданность

И верность,

Круженье мыслей

И мечту,

С такой, как ты, не расстаются,

Поскольку нет второй,

Как ты.

Здесь можно написать поэму,

Сложить слова в привычный слог,

А можно не писать,

А слушать

Иль понимать тебя без слов.

С тобою можно,

Можно,

Можно

Весь мир объять,

К чему мне мир,

Когда есть ты,

Ты близко,

Рядом

И хочется тебя обнять.

Нет слов тебя всю описать

И рассказать тебя словами,

Поскольку ты,

Мое явленье,

Гораздо лучше всяких слов.

Послушай,

Есть одна загадка,

В ней ты

И лучше тебя нет,

Мои ответы:

В щечку,

В щечку,

Чтоб лучше разгадать тебя.

И я с огромным диссонансом

На все согласный,

Как малыш,

Готов весь мир перед тобою,

Как горсть цветов тебе дарить.

 

Lada Baumgarten
Author: Lada Baumgarten

Нет комментариев

Оставить комментарий

СВЯЗЬ С НАМИ

secretariat@ingild.com

 

По всем вопросам связывайтесь, пожалуйста, с нами по электронной почте: secretariat@ingild.com

2021. Использование материалов International Guild of Writers разрешено только с предварительного согласия правообладателей.

Логин

Забыли пароль?

Введите данные:

Forgot your details?